invirostov (invirostov) wrote,
invirostov
invirostov

Машина зла – 4

«Машину зла» действительно создавали – люди очень умные, хорошо понимающие Россию и страстно ненавидящие то, что мы любим


Константин Мельник. Фото с сайта popscreen.com

Продолжение. Начало тут:
Машина зла
Машина зла-2
Машина зла-3


Кому принадлежат эти слова: «Ничего нельзя понять в коммунизме, если думать, что это идеология, или что Советский Союз похож на другие государства. Это новая цивилизация, новый социальный строй, новая социально-политическая организация, и все это легко объясняется, если вы поймете, что это просто новая религия»(выделено мною — А.К.)?

Сергею Кургиняну, которого и КПРФовцы, и упрощенно понимающие Маркcа материалисты из движения «Суть времени» упрекают в чрезмерном увлечении коммунистической метафизикой, духовным коммунизмом и так далее? И говорят: «Вот ведь как хорошо Вы боретесь со Сванидзе и Млечиным, как хорошо описываете происки Запада. Так почему бы на этом не остановиться? Рассказать про все хорошее, что было в СССР, опереться на идеологическое наследие Советского Союза, на нормальный советский коммунизм. Чуть-чуть что-нибудь подправить и мобилизовать народ на борьбу. Ведь понятнее будет. И без религиозных наворотов, несовместимых с марксизмом-ленинизмом как вечно живым учением».

Нет, читатель! Автор высказывания, с которого я начала эту статью, — не Сергей Кургинян, а Константин Мельник. И мы не сможем разобраться до конца в устройстве интересующей нас «машины зла», не присмотревшись к деятельности тех конструкторов, которые создали чертежи этой машины. И тех инженеров, которые эту машину отладили и привели в действие.

Поэтому не будем торопиться. И поинтересуемся, кто же именно этот Мельник, утверждающий нечто сходное с Кургиняном. Но делающий из своего утверждения выводы, диаметрально противоположные тем, которые делает Кургинян.

Константин Мельник — координатор разведывательных служб Франции в эпоху, когда президентом Франции был Шарль де Голль. Он родился в семье русских эмигрантов. И каких эмигрантов! Мельник — внук Евгения Боткина, лейб-медика семьи Николая II, расстрелянного вместе с царской семьей в 1918 году.

К.Мельник заслуживает уважения постольку, поскольку он умеет бороться и ненавидеть. Ненавидит он коммунистов вообще и СССР как оплот ненавистного ему коммунизма.

«Чтобы понять мою жизнь, — говорит Мельник в интервью журналисту Михаилу Гохману,— надо понять, что это мой крестовый поход, типичный для русского эмигранта. Французская коммунистическая газета «Юманите» писала про меня, что я продолжаю борьбу Колчака и Деникина, и это в какой-то степени правда. Родился я в 27 году, жил в Ницце, где была большая русская колония… По мнению наших родителей, мы должны были вернуться в Россию или завоевать ее обратно». В другом интервью он фактически говорит о том же: «Желая свержения коммунизма, я служил России».

Что еще утверждает Мельник? Что поскольку коммунизм — «это самая настоящая религия», то«бороться с ней нужно духовными силами».

Насчет того, какие духовные силы (и духовные ли) надо задействовать для борьбы с коммунизмом, — мы обсудим чуть ниже. Можно, конечно, если ты продолжаешь борьбу Колчака и Деникина, даже «машину зла» назвать «духовными силами». Но вряд ли это свидетельствует о честности. О страстной способности ненавидеть это, безусловно, свидетельствует. А вот о честности, объективности и так далее...

Мельник говорит, что ему с детства внушали, что надо «вернуться в Россию или завоевать ее обратно». Ничего себе «или»! Мельник может сам завоевать Россию обратно? Он может только, пользуясь своим более тонким пониманием природы происходящего в СССР, советовать иноземцам, как именно надо завоевать Россию. Но завоевателями-то будут они! Кроме того, для того чтобы вернуться в Россию или завоевать ее обратно, нужно, чтобы Россия была. А если иноземцам она не нужна, то куда ты вернешься, что ты завоюешь?

Видите ли, желая свержения коммунизма, он «служит России»! Некоторые хотя бы раскаялись: «Мы метили в коммунизм, а попали в Россию»... Цена таких запоздалых раскаяний невелика, но, как говорят в таких случаях, пустячок, а приятно… А Мельник? Он раскаивается? Упорствует в том, что служил России? Нет уж, давайте разберемся, кому именно он служил.

Как уже было сказано, Мельник занимал высочайшее положение в разведсообществе Франции. Для того чтобы занять это положение, он прошел сложный путь.

В 17 лет он был переводчиком в американской армии. Той самой, которая с 1944 года, испугавшись последствий победы СССР над Гитлером без участия Запада, стала ни шатко ни валко воевать против немцев на запоздало открытом союзниками втором фронте.

После армии Мельник поступил в Школу политических наук. Во время учебы, не имея средств на оплату жилья (его родители бедствовали), жил в открытом иезуитами Центре воспитания русских детей в Мёдоне, пригороде Парижа. Иезуит Сергей Оболенский, читавший в Мёдоне лекции по русской литературе, предложил Мельнику сотрудничество с Ватиканом. Конкретно — со специальным колледжем Ватикана «Руссикум», который занимался подготовкой католических миссионеров, призванных осуществлять «крестовый поход против коммунизма». Мельник согласился на сотрудничество. В его задачу входило изучение СССР по материалам советской прессы, а также работам Ленина и Сталина, и регулярное написание аналитических записок. Кроме того, находясь под началом кардинала Тиссерана, секретаря Священной конгрегации по делам Восточной церкви, выполнял особые поручения. В частности, перевозил в Италию деньги и документы, предназначавшиеся для Ватикана.

Закончив Школу политических наук с лучшим на своем курсе результатом, Мельник, уже замеченный и обласканный иезуитами, был замечен двумя крупными интеллектуалами и политиками, стремящимися глубоко понять природу СССР и коммунизма для того, чтобы с максимальной беспощадностью уничтожить и то, и другое.

Шарль Брюн, глава парламентской группы радикал-социалистов, заметил Мельника первым. И познакомил Мельника (который стал секретарем радикал-социалистов в Сенате) с известным французским философом и социологом Раймоном Ароном. Познакомил Брюн Мельника и с Мишелем Дебре, будущим премьер-министром Франции. Именно Дебре сделал потом Мельника координатором разведслужб Франции. Но настоящими интеллектуально-политическими вдохновителями Мельника в тот период были Брюн и Арон, а также, разумеется, иезуиты.

Говоря о своем подходе, согласно которому коммунизм является новой религией, Мельник констатирует, что его подход «совпадал с линией Ватикана». Есть все основания предполагать, что Ватикан в целом и Орден иезуитов в частности просто продиктовали Мельнику этот подход, согласно которому коммунизм является именно новой религией. А раз так, то бороться с ним надо сообразно такой его оригинальной — РЕЛИГИОЗНОЙ — природе.

Надо сказать, природа была схвачена очень точно. И если бы враг эту природу не выявил с такой точностью, то оружие, использованное врагом против коммунизма, не было бы таким эффективным.

По сути, Брюн и Мельник, не без интеллектуального участия Арона, создали особую антикоммунистическую инквизицию. Создали идеологию такой инквизиции, выстроили ее неформальную структуру. И стали внедрять эту антикоммунистическую инквизицию в государственный аппарат. Что, кстати, было совершенно противозаконно. Шли пятидесятые годы ХХ века. Коммунисты во Франции были мощной силой. Какое право имели Брюн, ставший министром внутренних дел Франции, и Мельник, ставший его советником, организовывать «охоту на ведьм» и вычищать коммунистов из госаппарата? Но, как говорят в таких случаях, если нельзя, но очень хочется, то можно.

Что касается Арона, который оказал очень сильное влияние на конструирование интересующей нас «машины зла», то его влияние на судьбу Мельника не меньше, чем влияние Брюна. Арон, по словам Мельника, был «один из немногих французских интеллектуалов, которые понимали, что такое коммунизм».

В студенческие годы Арона связывала дружба с Жан-Полем Сартром. Впоследствии Арон стал врагом Сартра именно потому, что Сартр не пожелал принимать участия в создании «машины зла» для сокрушения коммунизма и СССР. Угадав в Мельнике большие задатки по части конструирования этой самой «машины зла», Арон настоятельно рекомендовал Мельнику поступить в университет для изучения Советского Союза и коммунизма. Когда же выяснилось, что для сына белогвардейца сделать это во Франции невозможно, Арон столь же настоятельно рекомендовал Мельнику поехать в США.

Вскоре Мельник, которого оценили по достоинству, становится советником главы французского Генерального штаба Жуэна по русским делам. В это время умирает Сталин, и Мельник в одночасье становится знаменитостью после того, как на запрос маршала Жуэна, кто будет преемником Сталина, дает точный прогноз: «Хрущев». Этот прогноз молодого советолога был передан Жуэном в Елисейский дворец, а также представителям ведущих западных служб. Американцев проницательность Мельника впечатлила настолько, что они пригласили его на работу в «Рэнд корпорейшн».

«Рэнд» в то время объединяла, по словам Мельника, «самые острые умы Америки». В одной из своих книг Мельник характеризует «Рэнд Корпорейшн» как «мощную» и «замечательно интересную группу евреев», которая определяла всю ядерную политику США. К этой группе он относит Леона Лайтеса, Хаима Бродхаммера, Альберта Вольстеттера, Генри Киссинджера и других.

Заметим, что Арон, благословивший Мельника на поездку в США, пользовался у представителей этой группы большим авторитетом. Много лет спустя, уже покинув пост госсекретаря США, Генри Киссинджер отозвался об Ароне так: «Никто, кроме Арона, не оказал на меня огромного интеллектуального влияния. Он был моим учителем в последние годы университетского образования. Он был моим доброжелательным критиком, когда я занимал официальные должности. Его одобрение меня вдохновляло, его критика меня сдерживала... Арон был одной из самых замечательных интеллектуальных фигур нашей эпохи».

Итак, Мельник становится одним из конструкторов, разрабатывающих в «Рэнд Корпорейшн» «машину зла». Но в 1958 году во Франции к власти возвращается Шарль де Голль. Мишель Дебре (с ним когда-то познакомил Мельника в Сенате Шарль Брюн), занявший пост министра юстиции, принимает самое деятельное участие в составлении новой Конституции, а в январе 1959 года становится премьер-министром. Дебре и Мельника связывали к тому времени дружеские отношения. И Дебре приглашает Мельника на должность советника премьер-министра по безопасности и разведке. Несмотря на то, что карьера Мельника в США в это время шла в гору, и американцы предложили ему гражданство, он приезжает во Францию.

Заняв должность координатора разведывательных служб, Мельник, как писала о нем газета «Монд», становится одним из самых влиятельных деятелей V республики. «Разведка для меня была прежде всего формой борьбы с коммунизмом», — подчеркивает Мельник.

Противодействие французской компартии теперь непосредственно входит в круг обязанностей Мельника. Де Голль признавал вклад компартии в движение французского Сопротивления, но, как пишет Мельник, «не хотел, чтобы во Франции утвердился коммунизм».

Но при антиамерикански настроенном де Голле, умеренно заигрывавшем с СССР, Мельник не мог развернуться во всю мощь своей одаренной и яростно антикоммунистической натуры. Да и занимаемое им официальное положение задавало некие рамки. Ибо, как говорится в таких случаях, положение обязывает. Положение координатора разведслужб при антиамериканском и нейтральном к СССР де Голле обязывало ко многому.

Но в 1962 году Мишель Дебре покинул пост премьер-министра Франции, а вместе с ним ушел и Мельник. Ушел вовсе не на покой. Именно после этого ухода Мельник начинает играть ключевую роль в создании «машины зла».

На рубеже 1960-х — 1970-х Мельник активно общается с орденом «Опус Деи», конкретно — с членом ордена мэтром Виоле, адвокатом Ватикана, которого Мельник называет «одним из самых мощных агентов влияния в Западной Европе». Вместе с мэтром Виоле Мельник участвовал в разработке некоторых положений Хельсинкской декларации по безопасности и сотрудничеству в Европе. Они добивались (и добились!) введения в международную практику понятия «права человека» — мины, на которой «подорвался» потом СССР.

Вот какие мощные фигуры участвовали в создании «машины зла»! А ведь я, учитывая специфику газетного жанра, называю лишь немногих из тех, кто создал и привел в действие против нас эту самую «машину». Мне важно было предоставить эти сведения, доказав фактами, что «машину зла»:

действительно создавали (а то ведь иногда говорят, что все само собой рухнуло);

создавали, используя сложные и тонкие подходы, разработанные людьми очень умными, хорошо понимающими Россию и страстно ненавидящими то, что мы любим;

создавали, закладывая в машину одну суперпрограмму, призванную управлять действием всех остальных программ. Суть этой суперпрограммы в том, что коммунизм — это новая религия. И бороться с ним надо именно как с религией.

А теперь надо разобраться, какой именно опыт борьбы с религиями задействовался для создания этой самой «суперпрограммы».

Об этом в следующей статье.

источник:
статья Анны Кудиновой Машина зла-4
опубликована в газете "Суть времени" в №14 от 6 февраля 2013 г.
</span>

Tags: СССР, информационно-психологическая война, нацизм, фашизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments